НАВИГАЦИЯ ПО САЙТУ - НОВОСТИ МУЗЕЯ - КОММЕНТАРИИ ПОЛЬЗОВАТЕЛЕЙ    
 
 

Анастасия Ивановна Цветаева / Воспоминания

РАЗДЕЛ ВТОРОЙ - ЧАСТЬ ПЕРВАЯ - МОСКВА. ПЕТРОГРАД
ГЛАВА 7
МАВРИКИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ
начало::02::03::04::05::06::07::08::окончание::содержание

Что я знала о Маврикии Александровиче? Семья жила небогато и стала совсем бедной, леча отца, внезапно ослепшего: его понесли лошади и выбросили на повороте дороги. Он встал — слепой. Много лет лечили его, собирая средства, во всем себе отказывая. Вечером после трудового (и учебного) дня сходились вокруг одной лампы, экономя даже керосин. Наконец помощью родных, сложившихся, был из Индии выписан знаменитый целитель. Он предложил операцию. После двенадцати лет слепоты отец прозрел. В семье настал праздник. В изнеможении от перенесенных страданий, в блаженной радости смотрел прозревший на лица близких, на выросших за годы его слепоты детей... Однажды утром (прошли часы? дни?) он открыл глаза и ничего не увидел. Наставшая вновь слепота длилась до самой смерти.

У Маврикия Александровича была невеста — давно, ему не было еще двадцати. Ее звали Люцина. Она болела туберкулезом. Ей было восемнадцать лет. Чтобы произносить в ее имени надежду, ее называли Фелица. Она умерла на его руках. Он сцеловывал пену с ее умиравших губ. После он не любил никого. («Никого — до меня», — думаю я, слушая. Но он не говорил о своей любви ко мне.)

У него — мать. Она старого еврейского воспитания, хочет его брака только с еврейкой. Ей семьдесят лет. Есть сестра, замужняя, у нее двое детей, подростки. Он очень любит племянника и племянницу. У него сильные кровные чувства (по тому, как он говорит о матери и о детях). Есть два брата, старший — делец, владелец хлопковых плантаций в Средней Азии. Он старше Маврикия Александровича на шестнадцать лет. Младший служит в торговой фирме чайного дела Высоцкого (см. Примечание №19).

Маврикий Александрович родился и жил в Польше. Окончил за границей два университета: в Брауншвейге и в Лейпциге. Имеет звание инженера-химика и инженера-технолога. И кончает в Москве — Высшее коммерческое училище. Живет с матерью от меня недалеко, в Николопесковском переулке (Арбат).

Теперь он бывал у меня ежедневно. Уже нельзя, не к чему было заставлять друг друга жить день — вдали. Дни слились. Он приходил после занятий и уходил поздно... Случалось, что уже — рано утром. Я рассказала ему — вернее, все рассказывала ему всю свою жизнь. Он встречал у меня Бориса. Полюбил его, понял. Восхищался им. Нежно смеялся его фантазиям и причудам. Одобрял выбор его — Марию Ивановну. Все больше сближался с Мариной и Сережей и часто упоминал о друге своем — Никодиме Плуцер-Сарна (см. Примечание №20), которого хотел нам представить. И внимательно, тепло, пристально слушал о Коле Миронове — как о ком-то очень понятном и близком. Ни слова не было сказано между ним и мной об отношении друг к другу. Обо всем говорилось, об этом — молчалось. Тут была заколдованная черта.

Было утро. После целой ночи беседы — мы сидели всегда на разных диванах или я — на диване, он — в кресле (в ту ночь было что-то свежо) — он покрыл меня еще маминой белой шкурой ангорской козы. Я под ней задремала? Не помню. В окна — рассвет. Он стоит, наклонясь надо мной, не решаясь будить: заглянул мне в лицо, подойдя совсем тихо.

Сон ли это был? Или быль? Полусонным движением мои руки вскинулись ему на плечи. Его лицо — близко. Глаза трепетны. Я очнулась, садясь и снимая с его плечей руки? Не помню, мой жест — был? Приснился? Не знаю и по сей день.

Нежно укрыв меня, ничем не выдав волненья, он уходил. Встать, проводить его? Утвердив, что ничего не было? Остаться, не разрушая блаженства и, в утешенье от того, ибо не знаю — было или не было, взять себе право уснуть, недопроснуться? Я знаю, что эти оба желания — были. Я не знаю, что превозмогло. Мне кажется, я встала и вышла за ним в переднюю. Мне кажется, — я осталась лежать, слушая звук двери, прощальный его стихающий шаг... Я спала, а везде горели лампы, и утро за окном расцветало, празднуя первое призрачное объятие, которого, может быть, не было.

--

   

Примечание №19:

…в торговой фирме чайного дела Высоцкого. — Русское чайное Товарищество «В. Высоцкий и Ко», поставщик двора Его Императорского Величества. Основано в 1849 г.

В Москве магазин этой чайной фирмы располагался на ул. Мясницкой, 19, в доме, фасад которого стилизован в китайском стиле.

Примечание №20:

Плуцер-Сарна Никодим Акимович (1883—1945, указ. Е. И. Лубянниковой) — коммерсант из Варшавы, друг М. А. Минца, друг и возлюбленный МЦ, знакомство их относится к 1916 г., адресат целого ряда ее стихотворений, созданных в 1916—1918 гг.

О нем МЦ сказала, проставляя в сборнике «Версты» ему давнее посвящение: «…сумел любить эту трудную вещь — меня» (цит. по: Саакянц А. С. 793).

Из книги: "Анастасия Цветаева. Воспоминания. Изд 2008"

 

 

  Экскурсия по залам музея Уголки цветаевского Крыма Гости цветаевского дома  
  ---Феодосия Цветаевых
---Коктебельские вечера
---Гостиная Цветаевых
---Марина Цветаева
---Анастасия Цветаева
---"Я жила на Бульварной" (АЦ)
---Дом-музей М. и А. Цветаевых
---Феодосия Марины Цветаевой
---Крым в судьбе М. Цветаевой
---Максимилиан Волошин
---Василий Дембовецкий
---Константин Богаевский
 
         
  Жизнь и творчество сестёр Литературный мир Цветаевых Музей открытых дверей  
  ---Хронология М. Цветаевой
---Хронология А. Цветаевой
---Биография М. Цветаевой
---Биография А. Цветаевой
---Исследования и публикации
---Воспоминания А. Цветаевой
---Документальные фильмы
---Адрес музея и контакты
---Лента новостей музея

---Открытые фонды музея
---Цветаевские фестивали
---Литературная гостиная
---Музейная педагогика
---Ссылки на другие музеи
 

© 2011-2017 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)


 

Музей Марины и Анастасии Цветаевых входит в структуру Государственного бюджетного учреждения Республики Крым "Историко-культурный, мемориальный музей-заповедник "Киммерия М. А. Волошина"

Администратор сайта kimmeria@kimmeria.com

Яндекс.Метрика
Яндекс цитирования